В первые два дня госпитализации родственники оплатили почти 950 тысяч рублей, а после обратились к медицинскому адвокату Полине Габай для правовой оценки. Для изучения медицинской части родственники обратились к эксперту АНО «НАЭЦЗ», д.м.н., профессору РАН Игорю Нехаеву.
Медико-правовой анализ показал, что деньги клиника взяла незаконно: большая часть помощи носила экстренный характер и брать за нее деньги с семьи пациента было нельзя.
Семья отказалась платить дальше, тогда пациента перевели в государственную больницу, где он умер в тот же день.
Нарушения не ограничились незаконным счетом: выяснилось, что помощь пациенту оказали с грубыми дефектами диагностики и лечения, которые повлияли на летальный исход.
«Использовались неверные параметры ИВЛ, что вызвало алкалоз и усугубило сердечную недостаточность; применялась неэффективная вазопрессорная тактика при кардиогенном шоке; переливание крови при критической анемии проведено с опозданием; продолжалось введение гепарина при тяжёлой гипокоагуляции. Отдельно стоит отметить, что часть назначенных и проведенных медицинских услуг не имела клинической ценности, была назначена без медицинских показаний и не влияла на исход лечения».
Сочтемся!
С помощью юристов семья обратилась в клинику для возврата денежных средств, уплаченных за экстренную медицинскую помощь.
Вернули ли деньги? Конечно же, нет. Более того, «Хадасса» еще и потребовала оплатить «задолженность» − более 1,5 млн рублей.
На повторную претензию с подробным правовым обоснованием незаконности требования клиника ответила формальной отпиской и предложила погасить требуемую сумму в рассрочку.
Сейчас по инициативе родственников умершего пациента готовятся обращения в правоохранительные органы о проведении проверки на наличие в действиях руководства клиники и медработников составов преступлений, предусмотренных ст. 159 УК РФ (мошенничество) и ст. 109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности).
«Следует подчеркнуть: родственники осознавали, что обращаются в платную клинику, и выбрали «Хадассу», поскольку она позиционирует себя как одну из лучших в стране. Цель обращения состояла в том, чтобы обеспечить тяжело больному онкологией человеку максимально качественное лечение и стабилизировать его состояние. Родственники были готовы платить − это подтверждается оплаченным счетом на сумму 944 642 руб.
Однако уже в первые сутки пациент был переведён в ОРИТ, где без согласования с ним или его близкими назначались дополнительные анализы и процедуры в большом объеме. Общая сумма за семь дней такого «лечения» составила почти 2,5 млн рублей (примерно 346 тыс. руб. в день).
Между тем, согласно Правилам № 736, любая платная медуслуга и ее стоимость должны быть согласованы с пациентом. Если же речь идет об экстренной помощи, взимание платы за неё недопустимо. Несмотря на это, клиника заявила, что оказанные в ОРИТ услуги не были экстренными и поэтому подлежали оплате.
Фактические обстоятельства — пребывание пациента в реанимации, тяжесть его состояния и последующая смерть — указывают на обратное: большая часть оказанной помощи носила именно экстренный характер.
Экстренная помощь всегда предоставляется бесплатно, в том числе частными организациями. Для клиник существует механизм компенсации её стоимости через государственные системы финансирования: он может быть несовершенным, но эти сложности не могут перекладываться на пациентов.
Таким образом, взимание платы за экстренную помощь, оказанную пациенту в ОРИТ, категорически незаконно. Медицинская организация обязана была проинформировать родных, что у пациента есть право на получение экстренной помощи бесплатно. И, если по каким-то причинам в «Хадасса» не могли оказать её в полном объёме — родным следовало незамедлительно предложить перевод пациента в государственное медучреждение, где эта помощь гарантирована: в Москве государственная медицинская инфраструктура находится на очень высоком уровне: в городе созданы современные стационары, способные оказывать высокотехнологичную помощь совершенно бесплатно.
Выставление многомиллионного счёта в подобной ситуации нарушает базовые правовые гарантии и превращает трагическое положение пациента и семьи в инструмент извлечения дохода. Это не только этическая, но и правовая проблема, требующая внимания контролирующих органов.
Когда пациент находится в отделении реанимации и интенсивной терапии, то медицинская помощь заведомо направлена на спасение жизни, то есть носит экстренный характер. В числе таких экстренных процедур: коронарография с последующим стентированием коронарной артерии, выполненная по поводу развившегося у пациента в процессе лечения в клинике острого инфаркта миокарда, колоноскопия, выполненная в «Хадасса» по поводу желудочно-кишечного кровотечения, развившегося на фоне применения высоких доз гепарина и другие.
О правовых нюансах
Получение денег за экстренную помощь (ЭМП) с сознательным умалчиванием об обязанности клиники оказать такую помощь бесплатно вполне может быть расценено как мошенничество.
Почему? Специфический способ мошенничества — обман, он выражается как в сознательном сообщении заведомо недостоверных сведений, так и в умолчании об истинных фактах.
Что делать пациенту? Отказаться от оплаты таких медуслуг или потребовать возврата уплаченных денег. Важно: попытка руководителя клиники взыскать деньги может рассматриваться как покушение на мошенничество.
В экстренной ситуации человек не может выразить свою волю, поэтому законодатель разрешил проводить экстренное медицинское вмешательство без согласия пациента, в том числе на основании решения консилиума врачей.
Родственники тоже не уполномочены давать согласие, кроме случаев, когда пациент несовершеннолетний или недееспособный.
Частная клиника оказывает экстренную помощь не бесплатно – деньги в этом случае ей платит государство. Но только не по ее прейскуранту, а в размерах, установленных программой госгарантий.
Суды тоже отмечают, что частным медорганизациям, оказавшим пациентам экстренную помощь бесплатно, компенсируются средства за такую помощь.
Заграница нам поможет?
«Хадасса Медикал Лтд» позиционирует себя как «центр израильской медицины в России», обещая лечение по международным стандартам от израильских и российских врачей с мировым опытом. На сайте заявлено о работе иностранных специалистов, применении зарубежных препаратов и протоколов. Однако отождествлять ее с израильской «Хадассой» не стоит.
Московская «Хадасса» работает по обычным российским лицензиям и обязана соблюдать те же нормы, что и среднестатистическая частная клиника — лечить по отечественным клиническим рекомендациям, выполнять требования к образованию персонала, санитарные правила, порядки оказания медпомощи и так далее.
Формально «Хадасса» — единственный участник международного медицинского кластера (ММК). Федеральный закон от 29.06.2015 № 160-ФЗ о ММК (ФЗ № 160) даёт право использовать зарегистрированные в государствах-членах Организации экономического сотрудничества и развития лекарства. На практике это почти невозможно: регулирование рамочное, подзаконных актов нет, а коллизия с Федеральным законом от 12.04.2010 № 61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств» запрещает хранение, передачу и уничтожение незарегистрированных в РФ препаратов.
Ранее Росздравнадзор подтверждал, что фактическое применение таких препаратов заблокировано.
Заявленные преференции существуют только на бумаге, а деятельность ничем не отличается от работы обычной частной клиники. Доля израильских врачей в штате «Хадассы» невелика, их визиты в Москву эпизодичны, а «иностранный компонент» зачастую ограничивается платными онлайн-консультациями.
Кроме того, есть судебная практика, подтверждающая недобросовестность «Хадасса»: клиника вводила пациентов в заблуждение, размещая на сайте недостоверные сведения о наличии иностранного образования и сертификатов у врача, который в действительности обучался и получал разрешительные документы в России.
Эксперты называют такую модель в первую очередь маркетинговой: «де факто» это российская медицина по израильским ценам.
По факту есть лишь иллюзия применения уникальных методик и работы ведущих иностранных специалистов. На деле клиника, использует те же подходы, что и другие медорганизации, а закон о ММК не реализован в полной мере. Но пациенты платят миллионы за помощь, которую могли бы получить бесплатно.
Случайность или система?
Случай с родственником нашего доверителя − не частный спор, а вопрос защиты прав всех пациентов.
Злоупотребления при оказании экстренной помощи не раз становились предметом судебных разбирательств. Разные детали, одна основа – для получения прибыли используется беспомощность.
Именно поэтому нужны жесткие и системные меры, чтобы пресечь подмену бесплатной экстренной помощи платными услугами и навязывание ненужных процедур.
Один из ключевых шагов — выработка однозначной правоприменительной практики, понятной как для проверяющих, так и для правоохранителей. Когда станет ясно, что за подобные махинации клиника получит внушительный штраф, а ее руководство и сотрудники — реальный срок, желание зарабатывать таким способом резко убавится.
Пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48.
ункт 1 ч. 9, п. 1 ч. 10 ст. 20 ФЗ № 323.
- согласно ч. 10 ст. 83 ФЗ № 323 расходы, связанные с оказанием гражданам бесплатной медицинской помощи в экстренной форме, в т.ч. частной медорганизациией, подлежат возмещению в порядке и в размерах, установленных программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи;
- в п. 28 Правил № 736 также установлено, что при предоставлении платных медуслуг расходы, связанные с оказанием гражданам медицинской помощи в экстренной форме, возмещаются медорганизациям в порядке и размерах, которые установлены органами государственной власти субъектов России в рамках территориальных программ в соответствии с п. 10 ч. 2 ст. 81 ФЗ № 323.
Например, решение Арбитражного суда Иркутской области от 26.06.2025 по делу № А19-2593/202, решение Арбитражного суда Ульяновской области от 29.04.2025 по делу № А72-2370/2025.